Спецрепортаж. Выжившие – о теракте в «Крокусе». 25.03.2024

Супружеская пара из Приморья оказалась в эпицентре теракта в «Крокус Сити Холл». Алина и Егор пошли на концерт группы «Пикник» расслабиться после рабочей недели. Странные звуки за пределами зала вначале не привлекли внимания. Когда вдруг раздались пронзительные крики людей, стало понятно, что происходит что-то страшное. И оно приближается.

В ту жуткую минуту, когда озверевшие террористы хладнокровно, бесчеловечно и безжалостно — в упор — расстреливали людей, прямо над кровавой бойней, на бельэтаже, забившись под кресла, лежали Алина и Егор. Они прощались друг с другом под звуки автоматных очередей.

Егор, выживший в теракте уроженец Приморья:

— Я слышу, что какие-то хлопки пошли, я ещё на колонку смотрю, думаю, интересную они такую музыку включили – звуковые эффекты странные. Потом эти хлопки ближе, ближе, я думаю, наверное, петарды, какая-то инсталляция перед выступлением. Думаю, ну придумали же, петарды взрывать. Потом эти хлопки всё ближе, ближе, и ты реально понимаешь, что стреляет автомат.

Алина, выжившая в теракте уроженка Приморья:

— Когда мы услышали приближение выстрелов, мы легли на пол, забились под сиденья, когда они уже зашли в партер, мы поняли, что на нашем этаже не стреляют, они стреляли под нами.

Бежать не решались — могли застрелить. Но оставаться было еще страшнее. Террористы не щадили никого. Когда пошел черный дым, решение пришло сразу – надо спасаться. Выходили из зала ползком.

Алина, очевидец трагедии в «Крокус Сити Холл»:

— Я немножко поднимаю голову, в проходе между кресел вижу, что начинает идти черный дым, и почему-то ещё белый дым. Вижу искры от очереди автомата. Когда он стрелял, мы с мужем сказали, что любим друг друга, попрощались на всякий случай, поцеловались. Но когда мы увидели искры, мы поняли, что надо бежать, не ждать, пока всех расстреляют, а попытать счастья и убежать.

Так, ползком, держась друг за друга, пара из Приморья чудом покинула место трагедии. 22 марта они спаслись. Но повезло не всем. Для многих тот роковой вечер стал последним в жизни.

А ведь кто-то пришел нарядным на концерт, кто-то — на работу, кто-то за покупками перед выходными. И каждого дома ждали близкие. Ждали и звонка после первых новостей о трагедии, что «живы-здоровы, все хорошо». Но так и не дождались. Более 130 человек стали жертвами теракта.

За тысячи километров от места теракта, в Приморье, после трагедии появились стихийные мемориалы. К ним бесконечным потоком идут и взрослые, и дети — скорбит каждый. Подправить крылышки, заботливо разложить на мемориале целое семейство бумажных журавликов, почтить память погибших. С цветами, игрушками, свечами и, конечно, белыми журавликами – символом скорби о невинных жертвах. Появился на стихийном мемориале и свой полосатый хранитель – тигренок от водителей владивостокской станции скорой помощи.

Сергей Москалюк, житель Владивостока:

— Я сотрудник скорой помощи владивостокской центральной подстанции. Это от наших ребят водителей. Мы тоже скорбим. Москва, мы с вами, мы не бросим. Слезы на глазах. Детей жалко. Все, что можем, сделали для вас.

Приморцы скорбят со всей страной. 

— У меня просто ком в горле. Это очень большая трагедия.

— Сердце зовет, просит прийти. Плачет душа, сердце скорбит.

— Знаете, после случившегося в душе такое состояние опустошения, я надеюсь, что те, кто несут ответственность за это, понесут свое наказание.

— Тяжело говорить, поэтому и пришли, потому что тяжело. Чтобы разделить эту боль со всей страной. 

— Страха нет. Наоборот. Нужно держаться, крепиться и бороться дальше.

Молятся об упокое душ погибших и в храмах. В храме рядом с мемориалом тоже многолюдно, но тихо. Каждый шепчет молитву, и каждый по-своему проживает боль.

— Такой большой теракт случился. Это очень страшно, очень грустно.

— Я вчера сидела и думала. Кто-то вечером собирался на концерт. В частности, женщины красились, надевали красивые нарядные платья, шли получить какое-то удовольствие, собирались жить, у них были планы на следующее утро. И какие-то мерзавцы в одну секунду забрали самое дорогое, что есть у человека – жизнь. Они же были чьи-то дети, мамы, бабушки, у каждого за плечами была семья. Я смотрю на молодежь сегодня. Молодежь идет. И это отрадно в некоторой степени, что не все еще потеряно, что чистое сердце, что чистая душа у нашего народа еще осталось. И мы умеем проникаться еще этой болью.

Алина и Егор, рассказывая о теракте, говорили практически одними словами. Будто сами стали одним целым. Одной большой семьей, переживающей общее горе, стала и вся страна. Потому что сострадание не знает ни километров, ни расстояний, ни преград.

Теракт еще больше сплотил не только Алину и Егора, но и всю страну.